DEUS NOT EXORIOR

Объявление

С 25 апреля проект закрыт.

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » DEUS NOT EXORIOR » Настоящее » Исповедь хулигана


Исповедь хулигана

Сообщений 1 страница 5 из 5

1

24.11.2054; час ночи
двор весперианского храма на окраине района Илинг

Боевое крещение не всегда проходит гладко. Кристофера потрясла смерть Гиллаэ. Норин, как человек военный и давно привыкший к потерям, готов помочь новичку, выслушать его и успокоить. А заодно это шанс поближе узнать нового товарища по группировке.

Очередность:
Norin Odair
Christopher Alan Stewart
Присутствие Мастера Игры:
нет

0

2

Норин продолжал копаться в аптечке. Да, негусто, хотя все необходимые препараты были в наличии. Одеир был военным, привык обходиться тем, что под рукой. Но пребывание в условиях тишины, мира и спокойствия, ну, по крайней мере, по сравнению с их последней операцией в Ираке, которая чуть не закончилась гибелью Скалигера, расслабляло. Усталость давала о себе знать, как бы Норин не старался держаться. Нужно было заканчивать с раной и передохнуть хотя бы часик. Всё равно допрос француза затянется надолго. Легат вряд ли вот так просто выдаст нужную информацию.  Самое главное, чтобы они вообще хоть что-то успели из него вытянуть, пока убежище не обнаружат ищейки Ориджин. «Шауг, не подведи и отомсти за нашу сегодняшнюю потерю, и за другие злодеяния Легатов».
А пока у Одеира свободное время, им надо воспользоваться с максимальной для себя выгодой. Потому как уже сейчас ясно, что ближайшие дни, будут такими же безумными по нагрузке, как и предыдущие два. Даже не столько физически, сколько морально. Нервное напряжение уже не отпустит. Стоило им только выйти из этого чёртового зала переговоров, как жизнь круто поменялась, ускорилась и теперь скачет по ухабам. И неизвестно когда это прекратится, главное, чтобы всё это не закончилось их смертями и крахом Наудая. И кто знает, может это вообще последний раз, когда Норин просто может посидеть и расслабится. Сейчас будущее туманнее, чем вообще когда-либо было.
Выходя из Храма, Одеир поделился с Крейном своими соображениями по поводу безопасности Кайлин. Скалигер всё прекрасно понимал и заверил, что уж племянницу-то он никому не отдаст и окружит охраной настолько плотно, насколько это вообще возможно. Однако Норин сейчас сам продумывал возможный план безопасности для всех. Похитив уже не Тайного Легата, они нарисовали здоровенные мишени у себя на спинах. И скорее всего, Ориджин уже начали поиски.
Погружённый в свои мысли, Норин не сразу заметил приближающегося Кристофера. Он как раз передавал фляжку Хакеру, когда тот появился около машины.
- Anu, помоги мне…я хочу излить душу, - на него было больно смотреть. Похоже, парня потрясла вся эта ситуация со смертью Гиллаэ, похищением и нервным напряжением, которое тонным грузом давило на всех последние два дня. Одеир даже подумал, а не рано ли ему было соваться в такую операцию. Но по тому, как сработал Стюарт, можно было судить, что он был готов практически ко всему, кроме смерти.
Сам Норин давно привык к потерям. Однако до сих пор помнил, как впервые во время одной из боевых операций потерял пилота из своей эскадрильи. Поэтому сейчас он прекрасно понимал, что чувствует Крис. Единственное, что его удивило, так это то, что Стюарт обратился за помощью к нему. Они были едва знакомы. Если честно Одеир видел его всего раза три-четыре с момента вступления парня в Наудай. Его наставником был Шауг. Хотя, что тут удивительного, Шорас по локоть в допросе, а парню надо срочно выговориться, это у него на лице написано. Ему бы сейчас не помешало выпить чего покрепче, чтобы прийти в себя и успокоиться, ближайшие дни будут ещё тяжелее, нужно быть к этому готовым. Да, боевое крещение не всегда проходит так гладко, как хотелось бы.
-  Ко мне можно просто по-английски, - Одеир глубоко вздохнул и улыбнулся краем губ. -  Просто Норин, ни к чему эти формальности, - хоть для новичка Крис неплохо разговаривал по-веспериански, что удивительно, особенно его гневная речь перед французом поражала, Одеир всё же думал, что на родном английском высказать всё, что накипело, будет гораздо проще.
Норин повернулся к Хакеру, который ещё не успел спрятать фляжку, и красноречиво указал на Кристофера. Компьютерщик понимающе кивнул и передал алкоголь Стюарту.
-  Забирай с собой, - в машине находиться не стоило, нужен был свежий воздух, чтобы привести в порядок мысли и сосредоточится на разговоре.
-  Но, майор! – возмущённо воскликнул Хакер.
-  Нам нужнее, - устало произнёс Норин. – А тебе, друг, надо находиться в ясном уме, от твоих наблюдений зависит наша жизнь. Прохлопаешь ориджинцев, все тут и поляжем. Выпей лучше энергетика.
Компьютерщик лишь вздохнул.
-  И ещё нужна вода, - необходимо было промыть рану. Одеир бы сейчас всё отдал, чтобы оказаться у себя в квартире.
-  У меня тут не магазин напитков, между прочим, - компьютерщик что-то разошёлся, видимо, надеялся сегодня эту фляжку и допить. Нечего, иначе, правда, пропустит врага, и всему конец.
Сейчас только не хватало тратить последние силы на препирания, взгляд Норина был настолько красноречив, что Хакер воздержался от дальнейших комментариев. Лишь возмущённо вздохнул и, порывшись, нашёл пару бутылок с водой.
-  Ну, вот, стоит только поискать, - Норин вылез из машины, прихватив воду и аптечку. –  Спасибо, - чуть смягчил голос. - Следи за ситуацией, если что, сразу докладывай. Хоть что-нибудь подозрительное, сейчас любая мелочь может сыграть против нас.
-  Есть, майор, - Хакер, казалось, немного успокоился и переключил своё внимание на приборы наблюдения.
Одеир захлопнул дверцу микроавтобуса и обратился к Стюарту.
-  Пошли, поговорим спокойно.
Норин направился к одной из лавочек, стоящих во дворе храма. Прохладный воздух приятно бодрил. Ночь была тёмная, лишь иногда луна проглядывала сквозь тучи. Стояла практически звенящая тишина, изредка прерываемая звуками города. Одеир вздохнул и сел на лавку, кивком головы приглашая сесть Стюарта. Разложил аптечку и воду и повернулся к собеседнику.
-  Я слушаю тебя, Крис.

+3

3

О наша жизнь, где верны лишь утраты,
Где милому мгновенье лишь дано,
Где скорбь без крыл, а радости крылаты
И где навек минувшее одно...

Наверное, все мы не довольствуемся тем, что имеем. И, наверное, лишь тогда понимаем как нам это дорого, когда теряем.
Что драматического в уходе в принципе? Ты слышишь звук удаляющихся шагов, и обычно после этого не следует ничего. Шаги по лестнице вниз – истинный их смысл редко раскрывается сразу. Обычно через минуту после того, как ты их услышал, ты чувствуешь себя так же, как и за минуту до. Как бы ни был ты слаб морально, ты способен вынести потерю – в течение нескольких часов, нескольких дней, нескольких недель. И лишь по прошествии месяцев действительно постигаешь, что потерял.
Недавний спуск с лестницы храма вниз и тяжелые шаги по земле – единственное, что запомнилось Стюарту. Он не особо различал, что находится вокруг него. Только лицо Норина мельтешило туда-сюда, да край головы хакера. Кристофер ощущал отупение, которое внезапно взвалилось на голову, аккурат накидывая на нее колпак. Ты почти ничего не видишь, почти ничего не слышишь. Только одно желание – забыться и забыть. Целый месяц был у Стюарта, чтобы общаться с Гиллаэ, и он его благополучно профукал, отчего-то вдруг став стеснительным и скромным. Вообще Наудай изменил его в лучшую сторону. Теперь Крис вновь взялся за книги, ему стал интересен мир, который довольно сильно изменился за минувшие шесть лет блуда и разврата.
С девятнадцати лет жизнь Кристофера превратилась в непрерывный процесс потерь. Самые важные для него вещи начали выпадать из неё, как зубы из расчёски... Его силы, желания, мечты, идеалы, убеждения, любимые люди стали исчезать из жизни чуть ли не каждый день. Когда попрощавшись, а когда и без всякого предупреждения. Ничего из потерянного он уже не сможет вернуть никогда. И взамен ничего подходящего не найдёт. Всё это очень больно.
- Потерять близких – самое худшее в этой жизни. Теперь я понимаю это. Я не ценил то, что имел, и в итоге я потерял всё. Единственное, что у меня осталось – это Наудай и его желания, цели. Я теперь молю Великого Духа, чтобы он не забирал последнее, что осталось у меня в этой жизни. Меня теперь будто нет, и это странное ощущение. – Стюарт бухнулся устало на скамью, в сторону которой его отвел Одейр. Он откинулся на спинку скамьи и запрокинул голову назад, разглядывая темное небо со звездами. Здесь, в районе Илинг эти небесные светила были видны. И это удивляло. Вот где-то вдалеке вдруг померкла звезда, но мгновеньем раньше она успела сверкнуть так ярко, отдавая свое сияние всем вокруг, что ее стало заметно. Так обычно умирают.
- Зачем вообще нужна эта любовь? Если она приносит так много страданий? Особенно…если любил кого-то, а этот человек даже не знал об этом. Норин. Норин. Все плохо. Для меня стал большим потрясением итог сегодняшней операции. Как мог я упустить момент, когда этот ублюдок напал на Гиллаэ? Как?!
Не было еще на свете для Криса  ничего нормальнее, яснее и проще его любви, и вся та любовь была свет, и верность, и желание оберегать и заботиться. Просто быть рядом. Любоваться. Слушать. Следить восхищенными глазами. Злиться. Ссориться. Обожать. Никому и никогда не отдавать.
Каждый труп при жизни был уверен, что он нечто большее, чем кучка потребностей. Бесполезная работа утомленного разума. Столкновение желания и невежества. Люди...
Стюарт видел финал десятков жизней. Молодые, старые. Все они были так уверены в своем существовании, в том, что их сенсорный опыт делает их уникальными личностями. С целью, смыслом. Были так уверены в том, что они не биологические марионетки. Но правду не скрыть, и все всё видят, когда наступает конец. Пелена спадает.
- Обычно у таких, как я, нет будущего. Они просто растут, как сорняки, загнанные в невыносимые условия. Если бы не Наудай, я бы так и был очередным сорняком в огороде целого города. Да даже Земли…и не только ее. Сейчас я так сильно желаю не появляться в человеческом мире. Здесь плохо. Здесь грязно и неуютно.

+1

4

К смерти нельзя подготовиться. Она всегда внезапна, и словно удар по голове. И сколько бы ни терял, к смерти невозможно относится как к чему-то самому собой разумеющемуся. В первый раз терять всегда тяжело, потому что думаешь, что тебя-то это уж точно никогда не коснётся. Но оно касается, никто от этого не застрахован, и тогда твой мир рушится прямо на глазах, будто из-под ног выбили опору. И если раньше ты шёл по широкой дороге жизни, то после этого кажется, что продолжаешь путь по шаткому узкому мостику, когда шаг в сторону и можешь сорваться в пропасть. Многие не выдерживают этого, замыкаются и перестают идти, перестают жить дальше. Но то, что нас не убивает, делает нас сильнее. И вот, пережив всё это, думаешь, что в следующий раз ты уже точно будешь готов к такому. Но как бы ни ограждал себя стенами безразличия, когда смерть настигает кого-то из близких или даже просто знакомых, вся защита, так старательно возводимая, трещит по швам. Потому как ты не робот и не камень, и не можешь просто отмахнуться от смерти. Норин был военным, немало повидавшим на поле боя, и побывавший в таких переделках, что и оплакивать потери порой не успевали. Но это не значит, что смерть не затрагивала до глубины души. Уход из жизни – это всегда настоящая трагедия для тех, кто этого человека любил, для близких. Всё это очень тяжело. Стараешься не задумываться об этом, обо всех тех, кто осиротел после гибели человека, потому как можно сойти с ума от горя. Одеир всегда пытался пропускать такое мимо себя, иначе с его-то службой и постоянными командировками в горячие точки, думая о потерях постоянно, можно окончательно свихнуться. Он лишь изо всех сил старался, чтобы его люди возвращались с задания живыми.
И вот сейчас, они потеряли Гиллаэ. А ведь это не Ирак, вокруг не свистят пули и ночами тихо и спокойно. Великий Лондон вдруг превратился в настоящее поле боя, и пока мирные жители безмятежно спят, ни о чём не подозревая, тут разворачивается настоящая трагедия. Как это произошло? Почему они допустили это? Раньше Норин, возвращаясь с военной операции, всегда оставлял всю ту боль и ужас там: на военных базах, в кровавом закате поля битвы – старался забыть всё, лишь ступив на родную английскую землю. А теперь как от этого избавиться, если война настигла и здесь и теперь от неё никуда не спрятаться. Он хорошо знал весперианку, часто вместе участвовали в операциях Наудая. Настоящий боевой товарищ и хорошая девушка. Но её уже не вернуть. Почему эта потеря так болезненна? Потому что Норин не ожидал потерять кого-либо сейчас. «Тихая операция» мать её! Да, к этому никогда нельзя подготовиться. И если, вылетая на очередное задание, где-то в глубине души готов встретиться лицом к лицу со смертью, то здесь… Гражданская жизнь расслабляет, а потом вот так, вероломно и внезапно, даёт такую затрещину, что отойти от неё совсем нелегко.
Одеир устал за последние дни, слишком устал. И сейчас старался вообще не думать о Гиллаэ, но слова Кристофера заставили сердце сжаться. Физическая боль притупилась, может он привык к ней, а вот душевная, она почему-то начинала расползаться внутри, затрагивая каждую клеточку. Нет, нельзя было допустить сейчас этого. Иначе горе может поглотить с головой. Поэтому Норин глубоко вздохнул, стараясь успокоиться. Может ему тоже не мешало бы выговориться. Но сейчас именно он в роли успокаивающего, поэтому взгляд в сторону Храма, снова вздох, скорее от усталости, и Одеир заговаривает, поворачиваясь к Кристоферу.
-  Тебе уже приходилось терять кого-то? – открывает воду и делает глоток, в горле пересохло, а от алкоголя пока лучше отказаться, нужна ясная голова. – Потерять близкого – это всегда страшно, Крис. Это словно потерять часть себя. Твои ощущения сейчас абсолютно нормальны. Я военный лётчик и порой думаю, что слишком много повидал такого, что и в страшном сне не приснится. И я тебя прекрасно понимаю. С этим учишься жить, потому что иначе никак. Я сейчас могу говорить тебе, что всё пройдёт и дальше будет легче, - Норин усмехнулся, вспоминая, как и с ним вот так разговаривал Крейн однажды. – А ещё могу сказать, что время лечит. Но всё это полная ерунда. Время не лечит, оно лишь стирает боль, оно не способно закрыть ту пустоту, что образовывается внутри, когда теряешь близкого человека. Но легче будет, не сразу, но будет, это я тебе точно могу сказать, - Одеир положил руку Кристоферу на плечо. – Нужно только терпеливо ждать, - убрал ладонь, взгляд перед собой. – И вот это самое сложное. Но ты не один, Крис. И пока ты среди нас в Наудае, ты больше никогда не будешь один, всегда есть те, кто поддержат и помогут.
Норин снова повернулся к аптечке, боль продолжала накатывать временами, и было неудобно говорить.
-  Ты любил её?«неожиданно». Сначала Одеир подумал, что Стюарт говорит о весперианке, как о близком человеке, только в смысле, что она была хорошим другом, но видимо тут было всё гораздо глубже. Вообще, чем дальше Крис говорил, тем он больше преображался. Когда Норин впервые его увидел, ему показалось что перед ним типичный повеса, пришедший в Наудай только потому, что стало скучно, осточертели девочки и гулянки, а теперь захотелось помахать пушками. Но сейчас… Стюарт словно сбросил всю ту защитную шелуху, сарказм и прочее, и теперь перед ним сидел обыкновенный парень,  хороший человек, который в своё время окончательно потерялся в жизни, выбрал не ту дорогу, и которому Наудай помог снова найти свой путь.
-  Крис, не мне закоренелому холостяку говорить о любви, - Одеир даже слегка усмехнулся, однако затем снова принял серьёзный вид. - Но подумай вот о чём. Ничто, никакие страдания не сравнятся со счастьем, когда находишься рядом с любимым человеком. И всё можно вынести, лишь бы только испытать ту невероятную эйфорию, которая охватывает душу и тело. Безответное чувство больно ранит, я согласен. Но хотел бы ты вычеркнуть Гиллаэ из своей жизни? Хотел бы никогда не знать её? Ответь себе на эти вопросы. Сейчас тебе больно, и я понимаю насколько. Но каждый человек или весперианец, или мутант, встречающийся на нашем пути, появляется в нашей жизни не просто так. Я всё-таки думаю, что это чувство как-то помогло тебе. Подумай.
Норин снова вздохнул и сделал небольшую паузу. Достал из аптечки кусочек бинта, смочил его в воде и провёл по губам и подбородку, стирая запёкшуюся кровь. «Так-то лучше» А затем снова продолжил:
-  И не вини себя в её смерти. Никто не мог предугадать, что француз так чертовски хорошо подготовится, - и кто знает, что ещё их ждёт дальше. Гиблое это дело. Они замахнулись слишком высоко и уже начали расплачиваться. Норин не стал говорить этого вслух, нечего пугать парня раньше времени, но тревога не отпускала. -  Мыслями о том, «что бы случилось, если бы» её уже не вернёшь к сожалению. Не изводи себя, ты не виноват. Виноват этот… сукин сын, что убил её. И поверь мне, прямо в эту минуту он сполна расплачивается за это. Шауг не подведёт.
Одеир снова принялся промывать рану и, неосторожно задев нос, со свистом втянул воздух сквозь стиснутые зубы.
- Чёрт! Извини, - выдохнул и откинулся на спинку лавки. -  Да, этот мир безумен и несовершенен. И порой людская мерзость поражает до глубины души. Ты думаешь, что видел всё, но всё равно не перестаёшь охреневать от того, что иногда могут вытворить люди. И иногда, действительно, хочется закрыться, убежать от всего. Мне проще в этом плане, у меня есть небо, и только там я могу быть по-настоящему спокоен, там могу отрешиться от всего. Но знаешь, - переводит взгляд на Кристофера. – Пока рядом хорошие люди, на которых всегда можно положиться, настоящие верные боевые товарищи, этот мир ещё не потерян для нас. И раз уж подняли тему. Расскажи о себе. Как тебя вообще занесло в Наудай?

Отмечено 19.04

+2

5

Наконец-то Кристофер понял, чего он хочет на самом деле, и это не богатство. Это то, чего у него никогда не будет. Семья. Его семья считала его сумасшедшим. Он упорно не впускал их в свою жизнь, держал дистанцию. В отличие от Эллисон, его сестры, он не посещал семейные мероприятия и пока не женился, хотя ему будет скоро двадцать восемь. В брак Стюарт не верил. Он верил в любовь и доверие — но не в брак. Брак — это удел адвокатов, но никак не влюбленных. Ему не нравится это ощущение от брака — будто люди вступают в какую-то должность и отныне подчинены друг другу. Ему просто хотелось просыпаться с тем человеком, которого он выбрал.
Еще он читал «шибко заумные книги», не любил мамины пироги, не созванивался с родственниками и делал вид, что не замечает их, встречая на улице. У каждого представителя родни свой диагноз касательно Кристофера. Для матери он — «хороший парень, но дурной на голову». Для отца — «выродок», «не сын» и вообще «черт знает что». Сестра, обвинив его прежде в гомосексуализме, наркозависимости и педофилии, остановились на «зажравшемся тихушнике». Продолжение следует.
- Терял. Постепенно. Один за другим родственники отворачивались от меня, или я от них. На то было множество причин, одна из которых – независимость. Я не хотел идти у них на поводу и быть тем, кем они хотят меня видеть. Я же все-таки личность, индивидуум. Но моего рвения делать все самому никто так и не оценил. У меня есть сестра, есть мать и отец. И Деды, и бабушка. Но общаюсь я сейчас только с одним из дедов по лини и отца, который тоже любит делать все сам. Он уникален, и он вытащил меня из того дерьма, в котором я повяз по уши в свое время…хотя сейчас я все больше и больше понимаю, что хочу уйти и от него. Он сковывает мои желания и действия, я его раб. Это печально…а я так надеялся на понимание… - Стюарт сел вновь прямо на скамейке и перевел взгляд на Норина. Что он знал об этом человеке? Что он верен Наудай не меньше самого Криса, что он повидал многое в своей жизни и прошел в прямом смысле слова через огонь и медные трубы. На него можно положиться, это уж точно. Люди, живущие в этом мире, те, кто невольно вхожи в умы друг друга, связаны узами самых ярких и тесных человеческих отношений — и есть это братство. Поступок каждого способен в корне изменить жизнь остальных. Иными словами, когда ты сближаешься с человеком — ты доверяешь ему свою судьбу, а он вручает тебе власть над своей. Так и происходит, хоть в жизни обмен этот лишен всякой видимой торжественности. Не войны, не глобальные катастрофы косят человеческие жизни — людей губят опрометчивые слова и поступки. Наудай - это единство, семья, где особый круг доверия и свои правила. Наудай это духовность. Наудай это сила, но не та, которой пользуются обычно террористы, а сила Любви, которая направляет тебя в определенном русле по течению реки Жизни. Главное верить.
- Я надеюсь на то, что Наудай поможет мне справиться с моими ранами и заглушить всю ту боль, что я испытал при жизни. Своей доселе короткой, но насыщенной жизни.  – Ощущая сейчас руку Одейра на своем плече, почувствовал помощь и поддержку, искренние, которых так не хватало за последние годы.
- Vahar tae, anuet. – Вновь повторил Стюарт, но уже бодрее, чем раннее, в храме.
- Любил…но я стеснялся что ли…она все-таки весперианка, а я человек. Я сдерживал свои порывы, впервые в жизни, не навязывая своих чувств и не заставляя отвечать взаимностью. Я просто наслаждался каждым мгновеньем, проведенным с ней. Просто позволял идти всему своим чередом, ненавязчиво помогая так, чтобы не было заметно. Все это было словно сном, но с ощущением реальности. Порой мне казалось, что Гиллаэ видит все это, наверняка в моей ауре все говорило, если не кричало даже об этом. – Стюарт усмехнулся, прикрывая глаза рукой. – Но, похоже, что не только я не был уверен в том, что происходящее верно. Тем не менее, моих никчемных знаков внимания она не отвергала и не высмеивала их.
Казалось бы, оба порой знали, что это невозможно, чтобы сердце изменило своим чувствам так быстро. Было бы здорово уметь контролировать его. Но если бы они могли так делать, то никогда не испытали бы любви. И никогда не строили бы воздушных замков в своих мыслях. И были бы слишком трезвыми, не давая любви даже возникнуть.
Выслушивая сейчас от Норина слова об изменении жизни с приходом любви, Крис задумывался о том, что в действительности все так и было. Одейр прав. Стюарту не хотелось вычеркивать Гиллаэ из своей жизни, не хотелось не знать ее и всего того, что с ним произошло за тот короткий период знакомства с ней. Он определенно выполнил эту часть урока своей жизни, если это действительно был он.
- Спасибо! – Вдруг повернулся лицом к другу, расправляя плечи и глядя уже с сияющими глазами, словно после исповеди. – Я буду молить Великого Духа о благосклонности к тебе за те слова, что ты сейчас произнес! Они так залечили мою истерзанную душу, что никакое другое лекарство не сравнится с ними.
Кристофер вздохнул, чуть сжимая плечо Норина и кивая головой, подтверждая истинность каждого своего слова. Любому, кто проходит через трудности или одиночество, непременно, нужна поддержка. И тот, кто получит её, сможет в будущем помочь другим.
- Трудно не винить себя во всем, что произошло. Ведь если бы я не поддался гневу к французу, то смог бы не отвлекаться и быть сильным, пребывая во внимании к происходящему. Эта ненависть ослепила меня. И в этом я виноват. Я психолог, но не смог в нужный момент быть в определенном психологическом состоянии, которое привело бы к максимальному успеху в операции.
Кристофер покачал головой, вновь вспоминая то, как началась операция. Теперь он смотрел немного иначе на ситуацию. Со стороны казалось, что он налажал по полной, хотя мог сделать лучше…дурацкая привычка к самоанализу и рассматриванию прошлых ошибок со всех сторон.
- Мне бы тоже надо найти место, где я буду как ты в небе. Моя работа позволяет только решать чужие проблемы, а свои как-то кажутся на время мелочными. Потом правда приходит осознание собственной неполноценности. Но это уже другая песня. – Ухмыльнулся Стюарт, решая пока не затрагивать тему ориентаций и иже с ними.
- В Наудае я благодаря Шаугу. Он изменил мою жизнь уже дважды. Первый раз, когда мне было девятнадцать и я жил с семьей в СССР. Мы туда сбежали после появления на Земле первых мутантов и веспериан. Все боялись, что меня заберут на изучение в лабораторию, а в Москве гонений вроде не было. Шауг научил меня многому, за что я ему очень благодарен. Он открыл глаза всем на мою нормальность. Потом он внезапно исчез из моей жизни…но недавно я вновь нашел его, а все благодаря СМИ и публикации с его фото в культурном центре веспериан. А как оказался в Наудай ты? Немногие из людей попадают сюда, как говорил мне Шорас.

+1


Вы здесь » DEUS NOT EXORIOR » Настоящее » Исповедь хулигана


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно © 2007–2017 «QuadroSystems» LLC